Решение о поставках оружия в ЮАР

В последнее время можно говорить о том, что в расстановке сил внутри консервативной партии произошел довольно заметный сдвиг вправо по сравнению с временами, когда во главе тори стояли такие политические деятели, как Макмиллан и Батлер. Объясняется это прежде всего тем, что за годы пребывания консерваторов в оппозиции в их среде значительно увеличило свое влияние так называемое южноафриканское лобби—агентура английских монополий, имеющих весьма ощутимые финансово-промышленные интересы в ЮАР и Южной Родезии. В качестве примера можно назвать фамилии таких деятелей, как министр финансов Антони Барбер, министр внутренних дел Роберт Карр, министр по вопросам окружающей среды Джеффри Рип-пон, министр обороны (он же председатель Центрального совета консервативной партии) лорд Каррингтон и др. Следует заметить, что компании, имеющие связи с ЮАР, вносят в партийную кассу тори крупные пожертвования. Это относится в значительной мере и к предвыборной деятельности консервативной партии, которая более чем наполовину финансировалась этими компаниями. Активно действующие в ЮАР британские монополии держат на ключевых постах в аппарате консервативной партии «своих» людей. Достаточно сказать, что восемь из восемнадцати членов кабинета тори к моменту сформирования правительства занимали крупные директорские посты в компаниях, имевших «интересы» в ЮАР. Поэтому не приходится удивляться тому, что первым актом пришедшего к власти правительства консерваторов было решение о поставках оружия в ЮАР. Это решение находится в полном соответствии с провозглашенным консерваторами намерением пересмотреть всю политику предшествующего, лейбористского кабинета, направленную на уход из районов «к востоку от Суэца».