Новая концепция «культурной политики»

В новой концепции «культурной политики» со всей ясностью и определенностью подчеркивалось, что она имела для внешней политики ФРГ одинаковое со связями экономического и политического характера значение и рассматривается как «третья опора внешней политики». В программном документе, разработанном МИД ФРГ и озаглавленном «Цели и задачи культурной политики за границей», говорится: «Культурная политика за границей является частью нашей внешней политики… она составляет не больше и не меньше как ядро внешней политики.

Культурную политику можно рассматривать лишь во взаимосвязи с нашей внешней политикой». Увязывая внешнюю политику с «культурной политикой», в ФРГ преследовали цель добиться широкой поддержки собственного политического курса в развивающихся странах и одновременно получить более широкое поле для внешнеполитического маневра.

В идеологической работе за границей институты и ведомства ФРГ руководствовались прежде всего интересами защиты и оправдания законов, господствующих в капиталистическом обществе, пропаганды экономического и социально-политического строя Западной Германии. Именно этим вопросам в последнее время уделяется повышенное внимание со стороны западногерманского руководства. При этом защита мелкобуржуазных идей социал-демократизма поднимается до уровня государственной политики международного масштаба, в которой все большее место отводится освободившимся странам. Выступая в 1970 г. на съезде СДПГ в Саарбрюккене, Вилли Брандт заявил: «Наша политическая линия на 70-е годы не может касаться одной только Федеративной Республики… О чем мы с особой силой должны заботиться, так это о практическом и прежде всего духовном контакте с социал-демократией во всем мире». Усилия руководящих деятелей ФРГ по распространению идей социал-демократии в Африке привели к установлению связей между СДПГ, с одной стороны, и Социалистической дустуровской партией Туниса и Социал-демократической партией Малагасийской Республики — с другой. Этим партиям была оказана финансовая помощь.